Советско-финская война

Материал из Lurkmore
Перейти к навигации Перейти к поиску

В эту статью нужно добавить как можно больше картинок, фоток, видосов.

Также сюда можно добавить интересные факты, картинки и прочие кошерные вещи.

…на той войне незнаменитой

Твардовский

— Ты биатлон смотришь?

— А что это? — Ну, это когда на лыжах и с винтовками. Бегают и стреляют. — Стоп! Это ж финско-советская война!

Интересное наблюдение

Советско-финская война
Дата ноябрь 1939 — март 1940
Место Восточная Финляндия, Карелия, Мурманская область
Итог Советско-финскую границу от Ленинграда отодвинули. Взамен Финляндия осталась суверенной.
Стороны
Финляндия СССР
Командующие
Маннергейм, Генерал мороз Ворошилов, Генерал мороз
Силы сторон
> четверти млн юнитов
64 танка
270 самолётов
29 кораблей
на начало войны:
425 тыс. юнитов
2,3 тыс. танков
2,5 тыс. самолётов
Потери

OVER 25 тысяч убитых
OVER 43k раненых
по советским данным: OVER 71 тысячи убитых
40k проебано без вести
265k раненых

Советско-финская война (также Зимняя война; фин. talvisota) — печальная история о неудачных домогательствах жидомонголоидного товарища В.М. Молотова к северной красавице Суоми (по одной версии) или победного марша Красной Армии к озеру Сайма (по другой). Повествование сопровождается блистательными прорывами линии товарища не-столько-Маннергейма-сколько-Энкеля, стаями перелётных кукушек и полчищами убитых да замёрзших в заводях Карельского перешейка и под Суомуссалми.

Предпосылки

Основная статья: Гражданская война в России#Финляндия

Начиная с Ивана III, русская армия безуспешно долбилась башкой об стены Выборга, пока, наконец, Петр Первый не превозмог шведов. После взятия всей оставшейся Финляндии было решено эту территорию к ней присоединить, что не волновало вообще никого, поскольку было перекладыванием из одного кармана в другой. Но через пару сотен лет бывшая административная граница вдруг стала государственной.

Отпочковавшиеся от Российской империи белофинны первым делом приняли несколько важных решений, которые стали хорошей основой для дружественных, добрососедских отношений между СССР и Финляндией: резня «красных», резня русских, «Выборгская резня». В 1920 году белофинны и краснорусские заключили Тартуский мирный договор, по которому бывшая административная граница стала государственной. Произошло это по той простой причине, что воевать с белофиннами — воевалка была ослаблена после ПМВ, и мирный договор заключали на любых условиях, лишь бы заключить.

Причины отправки красноармейцев на Карельский перешеек на пожизненную заморозку намного более прозаичны, чем это может показаться на первый взгляд. Колыбель геволюции вдруг — не прошло и восемнадцати лет после заключения Тартуского мирного договора — оказалась в непосредственной близости от советско-финской границы.

Линия Энкеля и Маннергейма

Сразу после гражданской войны белые финны начали строить ту самую линию Энкеля-Маннергейма. Энкель был автором типового бункера, сделанного по опыту ПМВ, огневой мощью в 1 пулемет «Максим», коих финны и наштамповали в количестве 140 штук на Карельском перешейке. Но прогресс в развитии устройств для уничтожения людей был неумолим, и линия предсказуемо превратилась в низкобюджетное говно. Также при строительстве не обошлось без фейлов: подряд на строительство получила контора АО «Гранит», которая знатно распилила деньги — финляндская невидимая рука рынка неоднократно сыпала песок туда, где должен был быть бетон. От той первой линии ныне мало что осталось, поскольку почти все эти коробчонки были взорваны советскими саперами. Однако, так было положено начало линии, которую финны методично строили все 20 лет до 1939 года.

Уже в середине 20-х самим финнам становится ясно, что они построили говно. Не догадавшись во второй раз вложить деньги в современные виды вооружений, финны продолжили делать то же самое, разве что стали больше экспериментировать: от простеньких и дешевеньких бункеров «туалет типа сортир» до вполне современных гигантских сооружений с подземными казармами, больше похожими на современную станцию метро. Получалось не особо хорошо и не особо плохо, а где-то на среднеевропейском уровне того времени, что для небольшой бедной страны с упоротым националистическим правительством было очень даже неплохо. Однако и это к 1939 году предсказуемо станет устаревшим хламом. Почесав затылок еще раз, финны решили вновь рассмотреть 9000 планов и проектов по модернизации, и через 2-4 года линию можно было бы вновь назвать труднопроходимой (один проект затопления Карельского перешейка чего стоит). Но цимес и правда в том, что суперкрепость имени Маннергейма никогда не существовала в реальности.

 
Кое-где линия выглядела так
Кое-где линия выглядела так

Кое-где линия выглядела так

А кое-где были железобетонные доты с вращающимися бронеколпаками
А кое-где были железобетонные доты с вращающимися бронеколпаками

А кое-где были железобетонные доты с вращающимися бронеколпаками

... и противотанковыми рвами
... и противотанковыми рвами

... и противотанковыми рвами

Привычное название линия получила после начала боевых действий где-то в середине-конце декабря, что символизирует. Линия стала мемом трудами тогдашних блогеров-журнализдов, которых финское правительство заблаговременно поселило в пятизвездочный отель «Кемп», запретив выезжать на фронт. Поскольку бухла было сколько хочешь, а из информации — один лист сводки за день, журнализды занимались своими прямыми обязанностями — выдумывали хуйню. Подумав, решили, что раз линия, но не Зигфрида и не Мажино, то пусть будет линией Маннергейма. Ими же тогда же был порожден миф о непробиваемой крепости, который быстро перекочевал в советские газеты, где его совсем немного переиначили — мол, финны готовились годами, систематически (что было правдой), но ведь нет таких крепостей, которые не могут взять большевики!

Пользуясь ситуацией, говна на вентилятор набросил и сам Маннергейм, бывший председателем совета обороны и формально руководивший строительством, сказав, что линия его имени состояла из 40 покосившихся собачьих будок, державшихся исключительно на финском патриотизме и сознательности. В реальности же линия Энкеля-Маннергейма состояла где-то из 200 сооружений разного качества, державшихся исключительно на русском долбоебизме, который русские в итоге превозмогли.

Наконец, после прорыва линии и соответствующего ему эпического кинца под названием «Линия Маннергейма» мем окончательно стал достоянием широких народных масс и закрепился в умах населения как символ неприступнейшей архикрепости, которую большевики все равно возьмут со второй попытки. Или с третьей.

Провал переговоров

Перед СССР стояла задача сделать то же, что уже было сделано в Польше и будет сделано в Молдавии: отодвинуть границу от промышленного центра и укрепрайона. Никакой овечьей невинности по ту сторону границы не было: финны были откровенно враждебны и регулярно ходили в Карелию. Финляндия, конечно, страна маленькая и не особо сильная, и ее артиллерия достреливала только до нынешнего метро «Проспект Просвещения», но что мешало каким-нибудь немцам заключить с ней военный договор и случайно привезти на ее территорию тяжелых железок? Поэтому после заключения пакта Риббентропа-Молотова Советы вызвали к себе финских официальных лиц для решения чисто конкретных политических вопросов.

Советская делегация, выдвигая претензии на постройку рабоче-крестьянских военных баз, налегала на то, что в грядущей схватке незалежная Финляндия в любом случае ляжет под одну из сторон, а возможно и предоставит свою территорию для бокового удара по СССР. Финны же отвечали, что такие вопросы с кондачка не решаются, и им нужно посоветоваться с товарищами, эдак никаких островов не напасёшься и так далее, — в общем, всячески затягивали окончательное решение своего вопроса, что на том этапе им успешно и удалось.

В ходе переговоров не кто-нибудь, а лично товарищ Сталин высказал гениальную мысль, что, мол, постольку поскольку отодвинуть Ленинград от границы нельзя, то давайте отодвинем границу от Ленинграда. Подразумевалось под этим восстановить старую царскую систему обороны, которую располовинило надвое из-за новой границы: потребовать форт Ино, взять в аренду полуостров Ханко и так далее в обмен на что-нибудь. Ни о чем, кроме ликвидации острой военной угрозы советская сторона не говорила: если посмотреть на Приозерское направление, то там до колыбели революции было не 30, а 70 км, что Советский Союз считал абсолютно приемлемым. Сам обмен территориями сводился к обмену грамма золота на тонну говна заснеженной пустыни, но финны претендовали на это говно без малого 20 лет, и вообще Совок тоже можно было понять.

Эта войнушка была очередной лишь с той разницей, что впервые за все 8 раз СССР нападал на Финляндию. Но сначала финнам предложили по-хорошему обменять этот стратегически вкусный с военной точки зрения кусок их территории на вдвое бо́льший по размерам кусок советской территории, на которую они все 20 лет ходили войной, дабы те подтерли слюни и с поцреотической честью ушли осваивать гешефт. Финны же посмотрели на свое население на запрошенной территории (изрядно), на предложенную территорию и подумали, что ну его нахуй.

О важности этого вопроса для СССР говорило то, что договариваться поехал лично Сталин, ненадолго оторвавшись от своего любимого занятия. Там ему сразу дали понять кто он такой: финны послали на переговоры человека на два ранга ниже, конкретно посла в Стокгольме, то есть даже не премьер-министра и даже не министра иностранных дел, который выехал на поезде из Хельсинки, то есть особо не спешил. Впрочем, единственной страной, которая в те годы посылала в варварский СССР действительно больших и серьезных людей, была фошыстская Германия.

Переговоры начались 12 октября. СССР предлагал две те самые области, на которые финны постоянно ходили войной через границу, а взамен требовал:

  • группу островов в Финском заливе под свои военные базы;
  • одно из основных фортификационных сооружений, защищавших Финляндию от варварских орд с моря и суши — форт Ино;
  • полуостров Ханко в аренду под — что бы вы думали — ну да, военную базу, с размещением на ней четырёхтысячного контингента Рабоче-Крестьянской Красной Армии;
  • дополнить действующий с 1932 года пакт о ненападении пунктом о взаимных обязательствах не вступать в группировки и коалиции государств, враждебные той или другой стороне, быть няшами и всё такое;
  • кое-где отодвинуть границу, чтобы до Ленинграда было 90 км.

В идеале СССР хотел НЕ получить еще один фронт с Германией длинной в 1000 км, который в результате всех финтов таки все же ПОЛУЧИЛ. Финны выслушали все предложения и удалились домой, где в тот же день была объявлена всеобщая мобилизация. По иронии судьбы, на пути домой дипломатов обстреляли свои же пограничники в той самой Майниле, на которой и начнется Финская война.

Будущий президент Паасикиви вернулся из Москвы с интересными новостями.

В самой Финляндии мнения разделились. Будущие президенты Пааскиви, а тогда посол, и Маннергейм, которого 17 октября назначили главнокомандующим, сразу заявили, что-де нужно соглашаться на советские условия, но поторговаться по мелочам. Но тогдашняя Финляндия мало чем отличалась по уровню пещерного поцреотизма от современной Уркаины, а газеты принадлежали профессиональному русофобу Эркко, который по совместительству был министром иностранных дел. Поэтому аргументы будущих президентов в массах не заценили, и первым делом посадили всех, кто «разговорами мог подорвать обороноспособность», а себя взбодрили, озвучив в газетах западные обещания. Финны тянули время и вообще считали, что Молотов блефует, а воевать с ними и англичанами зассыт (Гермашка уже имела пакт о ненападении). Англичане же передали в обе стороны взаимоисключающую информацию: финнам, что впишутся, русским, что вписываться не будут. Сверхдержава, чоужтам.

Как итог, на втором раунде переговоров 23 октября финны согласились уступить целых 10 км от границы за 800 млн марок. Третий раунд переговоров состоялся 3-4 ноября, а после 9 ноября терпение Советов кончилось. Маннергейм, фельдмаршал и глава комитета обороны Финляндии однозначно высказывались за прогиб перед заведомо превосходящим противником, однако министры обороны, образования и иностранных дел совместно с Эндускунтой маленькой, но гордой страны заявили советам: «А хуй вам не мясо?». На что товарищ Молотофф ничтоже сумняшеся возразил:

Мы, гражданские люди, не достигли никакого прогресса. Теперь слово будет предоставлено солдатам.

Другая Финляндия

Куусинен. Не выглядит таким страшным.

Уже на второй день войны, когда и до линии Маннергейма-то ещё было далеко, в занятом городке Терийоки (ныне Зеленогорск) было создано «народно-демократическое правительство» во главе с депутатом Верховного Совета СССР товарищем Куусиненом и провозглашена Финляндская демократическая республика. Ничего особенного в такой практике не было, те же финны имели такое же профинское карельское правительство. На следующий же день товарищи Сталин и Молотов подписали с товарищем Куусиненом договор, дав понять, что шутки кончились: правительство в Хельсинки было плохим, негодным, а теперь и вовсе как бы фейковым. Фалломорфировавшим с такой подачи представителям западных держав объяснили, что, мол, оно всё равно уже сбежало в неизвестном направлении, как недавно польское. И если бы дальше война шла по плану, то правительство Куусинена при широкой поддержке трудящихся масс финского народа попросилось бы в состав СССР и шестнадцатая республика простёрлась бы до Ботнического залива. Но — увы и ахъ! — война пошла не по плану. Кроме того, из карелов и вепсов, которые отличаются от финнов примерно как русские от белорусов, была создана Финская народная армия с символическим названием «Ингерманландия», части которой успели даже принять реальное участие в боях. Однако правительству Куусинена дойти до Хельсинки не помогли и они.

Сам Куусинен был по жизни феерически везучим перцем, так как успешно пережил и расправы белофиннов с краснофиннами в Гражданскую, и сталинские чистки ленинской гвардии в 1938-м, что с иностранным коммунистами случалось нечасто, а Куусинен и вовсе когда-то был председателем Коминтерна. Однако главным было не это и не то, что он переедет из Зеленогорска в Хельсинки, а то, что Куусинен отомстит. Финны — это народ, который ничего не забывает и ничего не прощает, а гражданская война была всего 20 лет назад. Вот это и было сутью ФДР: Молотов на переговорах открытым текстом пугал белофиннов Куусиненом, мол, если договориться с вами, правительством в Хельсинки, окажется невозможно, так и хуй с вами, будете договариваться с Куусиненом. Был ли это банальный шантаж финнов или же задумка изначально была вполне серьезной — вопрос открытый до сих пор. Кстати, этот самый Куусинен потом стал политическим крестным отцом Андропова, который еще позже стал политическим крестным отцом Чубайса.

Начало войны

Rise, nation's pride!

Hold what's yours! Strike them where it hurts!

Fight! Hold your ground! Winter war! Reinforce the line.

Sabaton, «Talvisota»

 
Готовы встретить советских друзей свинцом да картечью
Готовы встретить советских друзей свинцом да картечью

Готовы встретить советских друзей свинцом да картечью

К концу 30-х финны, в знак своего европейского превосходства и гуманизма, закончив строительство кучи дотов[2] с окопами и пулемётами (общей протяжённостью более 90 км), устроили замаскированные укрытия для нападения партизан на мирных советских десантников. ВНЕЗАПНО стали регулярно практиковаться обстрелы советской территории и даже небольшие быстрые рейды с экстерминатусом застав и больниц, плюс нарушения воздушной и морской границ. Терпилы-совки те границы соблюдали и только задерживали финских морячков-браконьеров, среди которых как-то внезапно затесался финский же пограничный катер. На суше совки были не столь безобидны и даже (о, ужас) позволяли себе иногда отстреливаться от финнов. На письма счастья с советской стороны требованиями провести расследования инцидентов финны хранили высокомерное молчание. В общей сложности с начала 20-х до Зимней войны финские солдаты входили в советскую Карелию с туристическими визитами пять раз, что не повышало уровень доверия к ним. А заброска агентов была такой же обыденностью, как и на бывшей польской границе.

26 ноября 1939 неопознанная летающая мина приземлилась у деревни Майнила, и всё заверте… 27 ноября Советское правительство выразилось, что «не намерено раздувать этот возмутительный акт нападения со стороны частей финской армии, может быть, плохо управляемых финским командованием. Но оно хотело бы, чтобы такие возмутительные факты впредь не имели места». Финны же заявили, что «вдова сама себя высекла» — мол, и так понятно, что стреляли специально обученные НКВДшники, поэтому надо создать комиссию по расследованию, а на время её работы отвести прогуливающихся вдоль границы полмиллиона советских военных юнитов (про своих отмобилизованных как бы на учения и доставленных на позиции юнитов финны тактично умолчали).

Среди историков взгляды на событие разделились, да так и не могут соединиться по сию пору. С одной стороны, что еще могли сказать финны? С другой стороны, Майнила была местом перманентно безблагодатным: за полтора месяца до этого там обстреляли своих же дипломатов, аналогичный обстрел был в 1936. С третьей стороны, в архивах ФСБ не оказалось никаких документов, которые как-либо говорят в пользу версии о самообстреле. Наконец, есть и мнение, что обстрела с 4 трупами не было нигде, кроме как в советских газетах.

Финны отличались прохладой до новостей с государственной границы, но в этот раз в кратчайшие сроки провели расследование, в результате которого сразу же выяснилось, что версия о самообстреле — единственно верная. Для этого они опросили 3 свидетелей, которые… противоречили друг другу, но в одном сходились незыблемо, что тоже наводит на мысль, что им спустили инструкцию. Впрочем, Маннергейм, как человек благородный и вообще офицеръ, врать не умел. Или умел? В любом случае событие было рядовым, а подобное на финской границе случалось чуть ли не каждую неделю, и у советского руководства был большой выбор новостей. Так ли оно было или же совсем наоборот и кто там в кого стрелял — сегодня уже точно не выяснишьМногие считают, что под Майнилой Коба действительно замутил римейк успешного германского шоу «Консервы» — историки приведут вам на сей счет кучу взаимоисключающих доводов, но сравнивать Майнилу и Глейвиц просто глупо. И вот почему: Польше было тупо невыгодно провоцировать Германию на себя нападать. Что она после войны сказала бы на мирной конференции? Возможно, что обвинила бы Германию в провокации и агрессии, но Польша всё-таки не была невинной овечкой, ибо за последние годы нехило бряцала оружием и при разделе Чехословакии взяла кусочек и себе, короче, Польша тоже вела себя довольно агрессивно и при просьбе о территориальной компенсации от Германии за агрессию при подписании мира скорей всего нарвалась бы на ответ в стиле «Нехуй было к Чехословакии приставать». Пшеки даунами не были и прекрасно это понимали.

А вот с финнами другая история. В 1939 понятно было, что если «большая война» и будет, то воевать будут Англия, Франция и Германия против совка — это подтверждает карт-бланш на действия в Восточной Европе, который дали Художнику Англия и Франция после вторжения в Пшекостан и то, что вторжение совков в Польшу СМИ Англии и Франции сразу же осудили. Рюти в этой ситуации было очень полезно устроить провокацию на границе, обвинить в провокации совок, заставить его напасть, чтобы затем, когда общими силами Англия, Франция и Германия совок задавят, сказать, мол, ну мы же даже гордились, что у нас боеприпасов мало, а эти гады на нас напали и провокацию ещё устроили — ну как тут не пожалеть маленькую невинную мирную бедную няшную Финляндию и не отдать ей в качестве компенсации Мурманск с Петрозаводском? Никак. Рюти на это и рассчитывал, правда не фартануло.

Тем не менее, именно с этого момента всё заверте… Советское правительство дало отмашку подобной дерзости от горячих чухонских парней не терпеть. Случайно к финской границе для проведения плановых учений подтянулось более 9000 мирных оборонительных танков, добрых десантников, безобидных пушек и миномётов (и даже написалась песня про «Суоми-красавицу», которая должна была доверчиво раздвинуть половинки широких ворот, ага), и 30 ноября случайно сконцентрированное у границы Красное воинство пошла в наступление. Как покажет развитие событий — также в случайном порядке. Дальше тянуть было нельзя, ибо дата — последний день календарной осени, а в песне «Принимай нас, Суоми-красавица» ясно говорилось: «Невысокое солнышко осени зажигает огни на штыках».

Блицкриг паралитика или атака неадекватностью

Переправа, переправа!

Берег левый, берег правый, Снег шершавый, кромка льда... Кому память, кому слава, Кому тёмная вода, - Ни приметы, ни следа.

Твардовский, написано на Советско-финляндской войне

Первым этапом войны принято считать период с ноября 1939 года по февраль 1940-го. Победоносная Красная армия готовила своё наступление целых 3 недели и пошла в него от прохладного Финского залива, чтобы закончить его на ненамного более тёплых берегах Ладожского озера.

Первоначальный план военных действий был разработан на коленке Генштабом во главе с маршалом Шапошниковым, который собирался нагнуть Суоми-красавицу силами лишь одного Ленинградского ВО. План был чуть ли не полной копией немецкого блицкрига: 0) при 420 тыс. юнитов против 337 тыс. по всему фронту, равном числе юнитов на Карельском перешейке и подавляющем превосходстве в технике 1) совершить прорыв обороны 2) ввести танковый корпус из 400 танков 3) идти победным маршем на Хельсинки. По плану кампания должна была быть начата в летних буденовках и закончена за три недели, что было весьма амбиционзной целью, если учесть рельеф, леса, болота и россыпь валунов за Выборгом. Путь в 400 км от Белоострова до Хельсинки РККА собиралась пройти за 21 день. Как следствие, облом такого фантастического самообмана был настолько болезненным, что первый декабрьский штурм начался 17 декабря, а кончился уже 23 декабря, а второй декабрьский штурм финны вообще приняли за разведку боем.

 
Советское танковое звено
Советское танковое звено

Советское танковое звено

Советский корован не подозревает, что набигаторы не дремлют
Советский корован не подозревает, что набигаторы не дремлют

Советский корован не подозревает, что набигаторы не дремлют

Итог
Итог

Итог

Долгие годы спустя историки будут первоначальные неудачи рассматривать довольно подробно и в красках, проскакивая по конечному итогу войны невнятной скороговоркой. Вот и сейчас, извините за неровный почерк… Вопреки стереотипам в 1939 году Красная Армия не была ни передовой, ни сильной, ни даже обученной, а если посмотреть от времени Наполеона, то русская армия еще ни разу не побеждала достойного себе соперника. Nuff said.

Лёгким наступление не получилось. Советам противостояла так называемая «Армия перешейка» (фин. Kannaksen armeija) имевшая некоторые скиллы и, что немаловажно, полосу эпичных бетонных укреплений в запасе. О последних советское командование имело лишь очень смутное представление, а как увидело их воочию, мощно просралось кирпичами, поскольку думало, что там по сути нет нихуя. Во время первого штурма РККА имела подавляющее техническое превосходство: финны не задействовали ни один танк, ни один бомбардировщик. Сталинские соколы и артиллеристы бомбили непонятно что, стреляя непонятно куда, солдаты переправлялись на другой берег в ночь, после чего их никто не видел, офицеры нарезали резьбу, не проявляя инициативы, а снаряды всем им не могли подвезти из-за пробок в тылу. Говоря попроще, имея на руках все козыри, РККА играло как лох. Главной причиной был банальный дефицит командиров звена «полк-дивизия», которых не хватало просто потому, что РККА каждый год с 1932 росла как гриб после дождя. Полками командовали майоры, а их заместителями были капитаны, поэтому-то артиллеристы и стреляли не туда, а танки приезжали, когда пехота уже ушла кто в лес, кто по дрова.

Неожиданно выяснилось, что написать подразделению приказ на бумаге недостаточно, чтобы оно взяло ДОТ. Лишь к февралю, после месяца непрерывной дрочки взаимодействие подразделений было отработано до рефлекса, как у собаки Павлова. А в декабре, натолкнувшись на злых, запершихся в тяжелых бетонных ДОТах финнов, имевшиеся в наличии советского командования юниты довольно быстро ушли в расход. Что ни говори, а советская сторона оказалась абсолютно не готова к такому повороту сюжета.

Ещё больше она была не готова к тому, что зимой холодно: в шинельках (тулупы полагались только офицерам) и в кирзовых сапогах, без палаток и печек солдаты гибли чаще от обморожений, чем от боевых потерь. К декабрю ценой утопленных дорогущих танков прорыва, обмороженной и выпиленной десантуры удалось превозмочь полосу обеспечения линии и выйти к краю главной обороны. Войска тут же погнали в прорыв с закономерным результатом. Настроение советскому командованию немало испортила операция у озера Толваярви, где финны усилиями одного полка и четырёх батальонов устроили мощный озалуп двадцатитысячной советской дивизии.

Фейлы у Красной армии были и на других направлениях. Например, 8-я армия продвинулась на 80 километров вглубь Финляндии, но затем тихой сапой попала в окружение и после тяжёлых боев откатилась назад. Впрочем, у 9-ой и 14-ой армий дела шли получше: они успешно вклинились в финскую оборону на 30—40 километров и, с помощью суровых моряков Северного флота, смогли полностью отрезать выход Финляндии к Баренцеву морю. A sort of win!

 
Эскимо из бойцов РККА
Эскимо из бойцов РККА

Эскимо из бойцов РККА

Финская расовая жертва генерала Мороза
Финская расовая жертва генерала Мороза

Финская расовая жертва генерала Мороза

Деление коммуниста на ноль
Деление коммуниста на ноль

Деление коммуниста на ноль

Некоторые историки обычно объясняют фейлы советской стороны в начальный период войны суровейшей погодой (морозы до −30 °C) и метровым, по яйца, уровнем снега. Впрочем, хоть для финнов морозы — вещь достаточно привычная, но «−30 °C» на термометре заставит даже самого морозостойкого «горячего финского парня» чувствовать себя неуютно, сидя в холодном бетонном ДОТе. Обе стороны испытывали серьезные проблемы со смазкой в оружии, которая застывала у всех одинаково. У финнов 82 мм минометные мины часто не взрывались — падали в снег, как в подушку. Справедливости ради, глубокого снега не было до января 1940 года. Кому верить — разбирайтесь сами.

Вдумчивый читатель вполне вправе спросить: «А не долбоёбы ли были Коба и Ко посылать доблестных красноармейцев воевать там лютой зимой?!» Казалось бы, ответ очевиден, если не знать, что наступать на Карельском перешейке летом ещё сложнее, чем зимой: болота, озёра, болота, валуны, снова болота и опять болота. Плюс могучие карельские ели и прочая растительность, закрывающая обзор, из-за чего в поисках дота можно битый час ходить по нему и не находить. Так что единственным вариантом было бегать по морозу: водоёмы промерзали, и чумазые танкисты могли маневрировать, хотя им всё так же нихуя не было видно.

Так что зима, как это ни удивительно, была не главной причиной красноармейских фейлов. А какая же была главной? Правильно — банальное русское распиздяйство. Причём во всём — начиная с проработки плана вторжения, оснащения войск к зимней кампании, отдачи приказов, идеологической обработки тех же солдат и т. д. Что касается оснащения, то почти всегда дело обстояло так: вместо тушёнки и прочей хорошей, годной нямки, солдаты получали окаменевшие на морозе буханки хлеба и рубили их топорами; автоматического оружия (а именно этих ваших ППД-38) было очень мало. Почему мало — почти все банально изъяли незадолго до войны. Почему изъяли — совсем недавно был расстрелян Тухачевский, активный сторонник перевооружения и увеличения до неебических размеров армии. В расчете на 3 недели боевых действий солдаты шли в наступление в ботинках с обмотками, осенних суконных шинелях и буденовках.

27 декабря Мерецков обратился к начальнику Генштаба Шапошникову, сказав, что финны подготовились и молодцы, а мы — русские распиздяи, и нам нужна тяжелая артиллерия, а вот танков не надо. Весь январь, построив макеты ДОТов, по-быстрому сделав полигоны и наладив лыжную подготову, красноармейцы готовятся к следующему штурму. Формируется Северо-Западный фронт, резервы подтягиваются, а личный состав дрочится, чтобы в следующий раз все сделать по уму. К слову, как уже говорилось, именно по этим причинам и появляется «линия Маннергейма» как мем, обозначающий неприступную крепость маленького финского народа.

Немного об иностранных добровольцах и гуманитарной помощи

Норвежские биатлонисты готовы к выступлению за сборную Финляндии

Буквально сразу после начала войны в Финляндию начали прибывать иностранные любители экстремального туризма: суровые нордические викинги из Швеции, Дании, Норвегии и Эстонии, статные англосаксонские джентльмены Англии и США, а также примкнувшие к ним желающие из Венгрии (общим числом 11[3]—12[4] тыс.), сердце которых переполнялось желанием навалять от души бездушной советской военщине. Среди этих господ были замечены даже русские добровольцы из числа экс-белогвардейцев и им сочувствующих. Германия, недавно подписавшая с СССР одну бумажку, ограничилась высказыванием в духе «Problem, Finland?». Финны проявили себя слоупоками и не спешили формировать из подобных отрядов интернационала крупные боевые единицы (шведский добровольческий корпус успел повоевать всего две недели). Наконец, были еще великие эсты, жившие отдельной страной. Они уже предоставили СССР места для военных баз, но все еще не считали чем-то плохим сливать всю информацию о полетах авиации финнам.

Наибольшую помощь предсказуемо оказали не англичане и американцы, а шведы. Из как бы нейтральной Швеции абсолютно открыто приехали 8000 добровольцев, зенитки, все госпитали и гуманитарная помощь. На севере Финляндии шведы и вовсе поставили целый авиаполк Ф-19, поскольку там у финнов не было авиации, а наши бомбили как хотели. Шведы подумали и сказали: «Так нечестно! Давайте мы полетаем за финнов». В первом же бою шведский бомбардировщик сел на вынужденную, после чего в нем взяли двоих шведов со всем пакетом необходимых документов. Но на все вопросы шведский МИД отвечал Коллонтай (кстати, первая в мире женщина-посол и женщина-министр), что Швеция — нейтральная страна.

Английский актер Кристофер Ли, сыгравший в трилогии «Властелина колец» Сарумана, приехал добровольцем в Финляндию и вызвался бить советскую военщину, но на фронт так и не попал. Впрочем, несколько лет спустя с лихвой компенсировал желание воевать, сражаясь с немцами в рядах британских ВВС. Но самым известным воином-добровольцем той войны стал «Чёрный Орёл» из США. Нигра американского происхождения сказал, что он главком ВВС Абиссинии (сиречь Эфиопии), после чего потребовал выдать ему погоны генерала. Ему выдали форму капитана и отправили бухать в гостиницу, где он и провоевал всю войну. После его триумфальной демобилизации выяснилось, что Чёрный Орёл не оплатил ни одного счета ни в одном заведении, а многих финских женщин охватила печаль. По версии интересных личностей, организовавших выставку в Аэрокосмическом музее Вашингтона, этот ас финской войны сбил 15 советских самолетов.

Наступление. Фейл. Опять

Эмигрантская карикатура

На январь 1940 похвастаться РККА было нечем. Начались предсказуемые телодвижения: были созданы специально-обученные юниты (боевые лыжники); войскам доходчиво объяснили, как именно преодолевать бесконечные минные поля и заграждения из колючей проволоки; танкистам в красках рассказали о «Коктейлях Молотова» и почему их надо бояться. На фронт наконец-то завезли крупнокалиберную артиллерию, дабы передать пламенный советский привет сидящим в бетонных ДОТах финским коллегам. Общую численность юнитов Красной Армии довели до 760k человек и вернулись к ранее отвергнутому плану военных действий, авторства Генштаба во главе с Шапошниковым. Командующим назначили Тимошенко. Финская же сторона спокойно пополнила свои ряды свежими юнитами и вручила им новогодние подарки от западных держав: самолёты, пулемёты, винтовки, ручные гранаты и прочие ништяки, столь жизненно необходимые зимой 1940 года.

Помимо подготовки штурма линии финских укреплений, в Карелии в это же время шла кровавая мясорубка. Две советские армии действовали в дремучих финских лесах и несли ощутимые потери, ВНЕЗАПНО оказавшись в совершенно незнакомых условиях. Сами финны были шокированы их появлением, поскольку считали, что никаких серьезных боев там не будет, ибо как тут вообще проехать и тем более как это все снабжать? Сначала красноармейцы бодро шли в сторону Финляндии, но вскоре финны оказались правы, и начались проблемы со снабжением. Иногда ситуация была столь плачевна, что войска откатывались аж до государственной границы, оставляя за собой сотни бесполезных в этих условиях танчиков и тонны оружия. Виной отчасти был финский военный гений: широко применялась тактика партизанской войны. Финнами формировались небольшие группы легковооружённых лыжников, которые оперативно набигали на советские колонны, ограбляли их и по-английски удалялись в лес, травить байки и пить чай. Не менее ощутимый баттхёрт советскому солдату доставляли финские снайперы. Про последних даже родился один из мемов войны — «кукушки», якобы финские снайперы, вели огонь, комфортно разместившись на деревьях. В реальности такого не было, но символизирует.

Гаубица Б-4 («Kувалда Сталина» — финское прозвище) готова передать пламенный привет финским товарищам

Особенно стоит отметить битву при Суомуссалми, когда на помощь одной окружённой советской дивизии (и, на секундочку, лучшей в Киевском военном округе) выдвинулись значительные силы Красной Армии и… потерпели сокрушительное фиаско, имея при этом технический и пушечно-мясной перевес. Как это получилось? Во-первых, из-за хреновой организации. Во-вторых, стоит почитать историю того, как наступление образцово слила 44-ая дивизия. Блокированные финнами, но при годных танчиках и подготовленных юнитах, командиры ощутили дискомфорт, сделали ручкой своим солдатам и предпочли удалиться. Напоследок командир дивизии, Виноградов, убедительно порекомендовал солдатам последовать своему примеру, что те охотно и сделали. В результате финны словили космические лулзы [1]от количества брошенной бронетехники и вооружения буквально на пустом месте, а Виноградов и прочее командование были официально приглашены перекусить свинцом прямо перед строем дивизии.

На всем фронте сложилась прискорбная для РККА ситуация, потому Советско-финляндская просто пропадает из газет. Лишь в «Ленинградской правде» даются короткие сводки Ленинградского ВО. Западные журнализды, наоборот, куют, пока горячо, расписывая как маленькая, но гордая Финляндия сумела дать леща не такому уж и сильному Советскому Союзу. И в Финлядии, и в остальных западных странах складывается ощущение, что финны эту войну выиграют.

Прорыв линии

Однако, в Москве были другие планы. Как уже говорилось, формируется Северо-Западный фронт, а до того был Ленинградский ВО, как будто и войны не происходит. Прибывает большое количество пехоты, боевые порядки уплотняются, оборона финнов доразведана. Работа над ошибками, а точнее дрочка личного состава сделала свое дело: советские воены были настолько задрочены учебой, что к началу февраля 1940 года сами рвались растерзать «линию Маннергейма» в направлении Выборга, лишь бы уже попробовать навыки в деле. Финны раз за разом пытались сорвать их наступление своими контратаками, не слишком в этом преуспевая, а только слегка оттягивая свой финский конец. Наступление таки состоялось и злые рюсся разом отыгрались на бедных чухонцах за все хорошее. И если во время декабрьского штурма финны даже не задействовали свои резервы, то в этот раз РККА все делала методично и по военной науке, и финнам уже ничего не помогло.

В этот раз РККА не пыталась победить финнов везде. 1 февраля начинается разведка боем, а по сути имитация начала наступления, которое началось с зажигательной артподготовки длинной в 10 дней, породившей мем «карельский скульптор». На км фронта приходилось где-то 400 орудий, отчего финнам ежедневно прилетало почти по 12 тысяч пламенных приветов в течение 10 дней. Все планы огня были полностью выполнены, проблемы с боеприпасами остались в прошлом, и противостояло финнам не 24 дивизии, а 60. Огневой вал методично сползал вглубь финской обороны. За десять дней такого нахального обращения финны капитально утомились, и 11 февраля линия была прорвана, а два дня контратак не привели ни к чему.

Победители находят флаг Финляндии довольно занятным

Наступление не везде шло ровно, но удар советских войск в направлении Ляхде оказался удачным. В этом месте финны понесли наибольшие потери от артподготовки, и Красной Армии удалось кое-что превозмочь: командованию — «в себе поца», а простым бойцам — все ужасы суровой финской обороны, которая при надлежащей артподготовке оказалась совсем не суровой, а мягкой и шелковистой. Почти сразу на высоте 65,5, где находился центральный ДОТ, был поднят красный флаг. После этого все всё поняли.

Дальше началось крупномасштабное наступление. Трое суток советская пехота и танчики раскатывали в блин первую полосу обороны «линии Маннергейма». 13 февраля танкисты дорвались до второй линии обороны. 15 февраля в 16:00, поскольку начался снегопад, Маннергейм отдает приказ по-быстрому собрать вещички и валить, не опасаясь советской авиации. Смысла держать оборону дальше не было, а вот угроза попасть в окружение была неиллюзорной. С 21 по 28 февраля Красная Армия разобралась с остальными элементами оборонительной линии. В общем, с этого момента финская оборона посыпалась как карточный домик, а финны были печальны. Прорыв линии имел не только символическое значение, но также означал потерю жилищ, где можно было отоспаться в тепле. Несмотря на ожесточённое сопротивление, никаких сил, чтобы сдерживать армаду танчиков и «злых Иванов», у них не было. Как итог: 13 марта солдаты 7-й армии вошли в Выборг.

Мемы

  • «Линия Маннергейма» — линия финской обороны, эпично противостоявшая советской армии больше трёх месяцев. В советской литературе прорыв сего комплекса пафосно описывается как прорыв лучшей на тот момент оборонительной линии, строившейся в течение двадцати лет ведущими фортификаторами и инженерами. В действительности это весьма спорные утверждения: экономика Финляндии после развала Ымперии была (вплоть до середины 30-х) на подходе к длинному ректальному проходу, денег было мало, и двадцать лет строительства были, по сути своей, банальным долгостроем. Почин легенде положил тогда-ещё-не-маршал Тимошенко в своём докладе Сталину, и в результате плохую подготовку СССР к войне и периодические фейлы командования объяснили несокрушимостью финских укреплений. А сам прорыв линии в итоге свёлся к банальному поливанию чугунным дождём укрепрайонов из артиллерии. Справедливости ради надо сказать, что когда финны попытались повторить подвиг советских воинов в октябре 41-го в районе Карельского УРа, то лососнули ещё более эпичного тунца, ибо с тяжёлой артиллерией дело у них обстояло чуть меньше, чем никак.
    ДОТ Sj-5 «Миллионер» План
    ДОТ Sj-4 Западный каземат
  • Многоэтажные доты — среди красноармейцев долгое время ходила байка о том, что финские доты имели 5—7 подземных этажей. Доты действительно были многоуровневые: финны хорошо использовали особенности рельефа — некоторые доты были врезаны в складки местности, поэтому имели разный уровень между казематом и казармой.
  • Резиновые доты — на самом деле напольная стенка казематов некоторых дотов[5] была запилена из толстых листов стали в пять рядов. При попадании в эту стенку снаряд рикошетил и улетал куда-то на Альфа-Центавру — так и родилась легенда о резиновых дотах. Этим и пытались отпиздеться от трудности с их взятием — и ведь прокатило! Хотя согласно финским документам большинство дотов почти не отличались от описанных и строились из такого же железобетона.
  • Карельский скульптор — порождение светлого советского гения, 203-мм гаубица Б-4, посылавшая 100-килограммовые приветы. Получила свое наименование за то, что высекала из финских дотов причудливые сооружения из перекрученной арматуры и кусков бетона, прозванные нашими солдатами «карельскими монументами». На изготовление одной скульптуры уходило от 8 до 140 снарядов. Финский дот терял боеспособность уже после первых попаданий, финны, успевшие съебаться из домика и не поехавшие при этом крышей, гарантируют это. Но толпа взыскательных критиков терпеливо дожидалась, пока скульптор завершит изготовление шедевра, чтобы можно было идти знакомиться с экспонатом поближе, не опасаясь словить бодрящих свинцовых пиздюлей от случайно уцелевших финских пулемётчиков.
    Sn-2 План дота
И на то имелись свои основания, так как РККА впервые встретила необычную компоновку финских дотов, когда в сторону противника обращена глухая замаскированная стена, а наступающую между холмиков пехоту внезапно поражает фланговый огонь, выкашивает её всю, и даже некому ткнуть пальцем в сторону, откуда прилетел свинец. Вот так на хитрый финский попец нашелся свой скульптор с винтом.
  • Кукушка — прозвище мифических особенно метких финских юнитов, обученных уникальной технике стрельбы сидя на деревьях и с особым усердством выкашивавших вражеских юнитов. Да, у финнов были отменные снайперы, профессионализм которых командный состав РККА проверил на собственной шкуре, а разгадка одна: в начале войны цвет формы рядовых и офицеров нехило отличался. Теплые тулупы, конечно, улучшали общую сопротивляемость холоду, но, ввиду тёмной окраски, были антимаскировкой.
Нетрудно догадаться, что таким образом на маскировке был поставлен жирный финский крест «хакаристи»[6]: мельтешащий в прицеле начальник сливался с ландшафтом и остальными бойцами чуть менее, чем никак и будто просил всадить пулю в его тушку, что стрелки охотно проделывали. Это весьма отрицательно влияло на боевой дух и наводило выживших на крамольные мысли о том, что они тут, собственно, потеряли.
Когда объём настрелянных фрагов стал приближаться к критической отметке и игнорировать потери стало невозможно, Советы схватились за голову и пофиксили досадный баг. Но то, что эти самые снайперы практиковали стрельбу с деревьев, в официальных источниках не упоминается, и существование их в реальности — большой вопрос. По следующим причинам: 1) снайпер зимой на дереве весьма приметен и уязвим; 2) незначительное ранение может привести к тому, что горе-снайпер ёбнется с дерева и станет героем; 3) если прижмут, отступать, сидя на дереве, довольно затруднительно. IRL снайперы не сидели на деревьях, а пересвистывались с наблюдателями условными сигналами, подражая голосам птиц, за что, вероятно, и получили прозвище.
Sabaton - White Death
Sabaton - White Death
Sabaton поют о белой смерти
Финские снайперы, помимо открытых позиций, с которых вели огонь, оборудовали закрытые утеплённые основные позиции, на которых приходилось находиться долго — и для выслеживания противника, и для наблюдения. Они срезали сосенку,[7] затем оттяпывали у комлевой части узел-звезду, из которого росли ветви в разные стороны, переворачивали отделённый фрагмент сверху вниз и ставили его на снег в таком виде — получалось готовое перекрытие. С той же сосенки нарезались ветви, и этим лапником и переплетались толстые ветви каркаса. Для обзора и обстрела проделывалась амбразура, в которую выставлялась винтовка, замотанная белой тряпкой. Воздушная подушка, образованная толстым хвойным перекрытием, очень хорошо держала тепло, поэтому в укрытии всегда было теплее, чем снаружи. В довершение ко всему финны капитально поливали укрытие водой снаружи, покрывая его ледяной коркой, частично предохранявшей от пуль.
  • Белая смерть — Симо Хяюхя, один из лучших кемпер-страйкеров мира, число фрагов которого оценивается более чем в полтысячи. Что характерно, оптическим прицелом не пользовался. Сам он был довольно небольшого роста и скромнягой по жизни: успехами своими хвалиться не любил. Под конец войны словил фейсом живительный свинцовый пиздюль от советского коллеги, следствием этого его лицо изрядно перекосоёбило — сломана челюсть, восстанавливать пришлось костью из его же бедра, а сам Симо приуныл и потерял способность улыбаться до конца своей долгой и славной жизни. По итогам свёл счёт в over500:0, померев в тёплой постельке в возрасте аж 96 лет. До сих пор почитается финиками аки местный божок.
  • Дача Маннергейма на Карельском перешейке — в действительности там её никогда не существовало, хотя Ку́стаа иногда и случалось отдыхать в здешних местах у своей знакомой М. Прокопэ. «Дачный» миф возник под воздействием официальной пропаганды: имя Маннергейма было нарицательным, и всё, что могло принести определённый пропагандистский успех, бралось в то время на вооружение. Когда зимой 1939—40 годов части Красной Армии захватывали уцелевшие финские селения, в которых сохранились старинные русские дачи и виллы, то политруки не упускали случая для пропагандистской работы среди личного состава. Указывая на роскошные особняки, они говаривали: «А вот тут, товарищи бойцы, была дача Маннергейма». Красноармейцы покорно кивали и дивились, нахуя Маннергейму столько дач. Хотя что с буржуя возьмёшь…

Финал

Весь гешефт. А вы что думали?

К марту 1940 года финское руководство приуныло. Несмотря на истеричные требования «сопротивляться до последнего», ничего, кроме описанных выше решительных джентльменов и пыльных винтовок, они от своих союзников не получили. А поскольку дипломатические отношения были разорваны, в Стокгольме уже вовсю шли неофициальные переговоры между двумя старыми подругами: Коллонтай и Вуолийоки. Вуолийоки была светской львицей, женой двух олигархов и знала всю финскую элиту. Поэтому она приехала в Стокгольм и позвонила в советское посольство Коллонтай, которая предложила ей выпить по чашке кофе, вспомнить былое в неофициальной обстановке. Там и решили, что пора заканчивать эту войну: Коллонтай позвонила Молотову, Молотов спросил у Сталина, Сталин сказал «ладно».

Но тут в игру вновь вступили англичане с французами, которые наобещали финнам экспедиционный корпус в 50 тысяч человек и авиацию, которые почему-то должны высадиться в Норвегии и, пройдя Швецию, дойти до финнов. Тут возбудились уже шведы с норвежцами, категорически желавшие отсидеться и мутить свой наебизнес во время общеевропейской мясорубки, поскольку понимали, что это грозит борьбой за их сырьё и если не английской, то немецкой оккупацией. Финская же общественность раскололась, но ястребы были в большинстве. Ни тебе интервенции, ни блэкджека, ни шлюх — свои «лотты-свярд» приелись и вообще были «уже не торт». Франция и Великобритания, подкармливая Финляндию обещаниями наконец-то реализовать коварные планы нападения на СССР через Финляндию же, а также на Чёрном море и на Ближнем Востоке (Баку), вовсе не торопились. Финский кабинет министров наконец-то смекнул, что англичашки с французишками всю дорогу разводили их, как лохов, и вот-вот к ним в кабинет постучится монголоидный большевистский комиссар в кожаном пальто и спросит: «А чёй-та вы тянете кота за хвост, а?». Понимая шаткость своего положения, Маннергейм отправил в правительство бумаги, согласно которым фронт мог держаться от силы еще неделю.

Понимали шаткость положения белофиннов и в СССР. Дожимать их означало получить уже вполне реальную угрозу войны против Англии и Франции (которую немцы еще не оккупировали). Официальные переговоры начались 1 марта 1940 года, и сразу же англичане и французы в оскорбительной и почти ультимативной форме потребовали от финнов немедленно обратиться к ним с просьбой о вооружённой помощи. Но хуй. 12 марта 1940 года был заключен мир, финны вернулись в реальность и начали договариваться, скрипя извилинами, после чего СССР взял 10% Финляндии. В качестве жеста доброй воли и сигнала «давайте жить дружно» СССР отдал район Петсамо с никелевыми рудниками, закрыв ВСЕ свои претензии к Финляндии. Это потом финны станут единственными добровольными союзниками немцев, а тогда Сталин и Молотов наивно полагали, что финны станут нейтралами, как шведы.

В итоге кrовавые большевики оттяпали Карельский перешеек с Выборгом и ещё несколько территорий, прикрыв, как и планировалось, Ленинград, а местным деревенщинам пришлось паковать манатки и грустно ковылять к новой финской границе. То есть фейл финнов в том, что если бы они посмотрели на реальность глазами, обдумали ее мозгом и согласились на условия Советов, то получили бы взамен и карельской землицы, и денег, и мирную границу, а так — Советы всё равно взяли что хотели и даже больше, только вместо денег выплатили финнам 23 тысячи гробов и 43 тысячи калек. Впрочем, как показали дальнейшие события, и это финнов в реальность не вернуло.

Бегать по путям запрещено под угрозой штрафа. Но красноармейцы не знают финский язык!

С 12 часов 13 марта 1940 года финский солдат советскому - бхай-бхай, драться им больше не стоит. Но несмотря на то, что Выборг (тогда он ещё Виипури) отходил по договору к СССР, советские войска всё равно начали штурмовать его утром 13 марта. В тот же день, 12 марта 1940 года, отвечая на депутатский запрос, премьер Франции Даладье явил французскому народу, что Франция поставила финнам 145 самолетов, 496 орудий, 400 винтовок и 20 млн патронов. Через неделю за финский фейл оправдывался уже Чемберлен, который сказал о 101 самолете, 114 орудиях, химическом оружии и многом-многом другом. В это же самое время они бомбардировали Германию листовками! По итогу финской войны оба премьера подали в отставку, потому что одно дело скормить нацистам чехов, словаков и поляков, и совсем другое — не спасти Финляндию от коммунистического СССР.

Вот это и вызывало нешуточную тревогу в Кремле и ставило крест на советизации Финляндии в любом виде, поскольку было ясно, что с немцами западные партнеры хотят воевать только листовками. Как выяснилось много лет позже, страх этот был оправдан: после Финской войны была создана авиагруппировка, в план которой входила бомбардировка нефтепромыслов Баку. Но тут свои коррективы внесло майское наступление немцев на Францию, после которой она резко сменила ориентацию и стала де факто еще одним союзником Германии, что резко изменило планы Великобритании.

Неудачи наступления Красной армии в декабре 1939 — первой половине января 1940 годов нанесли огромный ущерб престижу Советского Союза вообще и его вооружённых сил в частности. Весь мир потешался над огромным воинством, которое полтора месяца топталось на узком перешейке, не в состоянии сломить сопротивление крошечной финской армии. Политики и военные поспешили сделать вывод о слабости Красной армии. Особенно пристально следили за развитием событий на советско-финском фронте в Берлине, где были сделаны определённые выводы, послужившие одной из причин подготовки к великой мясорубке.

В апреле 1940 в Кремле собрали огромную конференцию, где все, кто принимал участие в Финской войне делали доклады на тему «Как я провел эту зиму». Каждый конкретный командир говорил какие были плюсы, какие минусы и что он предлагает. До начала Великой Отечественной оставалось менее 15 месяцев.

Сиквел

Harvinaista värikuvaa sota-ajalta. Rare Finnish colourfilm material from WWII
Harvinaista värikuvaa sota-ajalta. Rare Finnish colourfilm material from WWII
Совместный немецко-финский смотр войск

Продолжение банкета совпало с Великой Отечественной войной и продолжалось до сентября 1944 года. Финляндия — это единственная страна Европы, которая добровольно предоставила свою территорию нацистам для нападения на Советский Союз и единственная страна, добровольно ставшая частью плана «Барбаросса», что отлично характеризует стоявший у руля демократический режим и народ в целом. Немецкие войска появились там задолго до 22 июня и долго-долго готовили наступление на Мурманск. Финны неравнодушно предоставили немцам свои аэродромы, за несколько дней до начала совместно минировали залив, и уже 21 июня захватили демилитаризованные Аландские острова, где арестовали сотрудников советского консульства. ИЧСХ их вообще ничто не вынуждало это делать! Финны могли не делать ничего, как шведы, но сознательно выбрали войну на стороне Германии. 21 июня 1941 года финский спецназ вылетел на немецких гидросамолётах взрывать шлюзы Беломорканала: война ещё не началась, а они уже полетели.

В первый же день войны Молотов вызвал к себе финского посла и спросил, действительно ли финны являются нейтралами, поскольку Гитлер упомянул их в своей воинственной речи. На что получил надменный ответ, что финны будут действовать так, как посчитают нужным. Немецкие самолеты уже отбомбились с их территории, и 24 июня сталинские соколы бомбят Финляндию. В ответ на это финское правительство… выставляет себя жертвой коммунистической агрессии и 26 июня объявляет войну вероломно напавшему на них СССР. Понятно, что причина войны была в поцреотах, стоявших у руля страны, которые воспринимали мирный договор 1940 года как позорный, свинский, насильственный и какой угодно, но не окончательный. Немецкие дивизии при содействии финской армии пересекли границу и начали отвешивать болезненных люлей не готовым к такому повороту событий красноармейцам.

Финские пехотинцы даже не смотрят на тебя

Продолжая играть роль несправедливо контуженных, добровольные пособники нацистов огласили цель уже четвертой за 23 года войны. И как обычно, ею был захват несправедливо отторгнутой Карелии. Маннергейм, которому уже было 74, ныне русский патриот, ненадолго удостоившийся памятной доски в Петербурге, а тогда добровольный пособник нацистов, вспомнил свою клятву «Меч в ножны», мол, я поклялся в 1918 году и вот через 23 года я выполняю своё обещание вернуть Карелию! Рубежи довольно быстро и с минимальными потерями были отодвинуты к «старой границе», после чего некто У. Черчилль написал Маннергейму письмо, в котором вежливо попросил не переходить старую границу 1920 года. Но Маннергейм ответил вежливым отказом. 29 ноября 41-го финский премьер Рангел выступил с докладом, из которого следовало, что финны и немцы братья навек, во всех финских войнах с 20 года виноват СССР, а значит надо его расчленить FGJ. 6 декабря, аккурат в день независимости, финский парламент утверждает границу 1920 года как государственную, и в тот же день им прилетает объявление войны Великобританией. Узнав об этом, финны начали еще активнее обороняться, заняв Петрозаводск, Олонец, Медвежьегорск, Карелию и часть Вологодской области.

Сначала финские поцреоты называли эту войну «летней» по аналогии с «зимней». Но когда вернуться не получилось даже к Рождеству, финская пиар-машина родила «войну-продолжение», мол, это наш законный реванш за советско-финскую, а не будь ее, так и воевать бы финны не стали — во всем виноват Советский Союз. В этом есть некоторая доля лукавства, а именно умолчание о все той же претензии на Карелию, ради которой они с момента независимости пытались примазаться и к англичанам, и к японцам, и к немцам. В самых лучших традициях националистической шизофрении финны одновременно и оборонялись, и рисовали на мировой карте границы Suur-Suomi, Великой Финляндии из всех финно-угорских народов.

Границей, на которой защитники Финляндии соизволили остановиться чисто случайно оказался Карельский УР. Поскольку финны это не расовые арийские немцы, готовые штурмовать даже небо и даже Аллаха, финны решили… подождать, пока в Ленинграде все умрут от голода, что и организовал Маннергейм, замкнув блокаду с севера. Добрые люди говорят, что финны не хотели бомбить Ленинград, но в реальности у них банально не было ни орудий, ни снарядов, способных туда добить. Маннергейму сначала предложили возглавить штурм Ленинграда, но он отказался, тогда город и решили взять в клещи со всех сторон.

Финны и Маннергейм прекрасно знали, что происходит в Ленинграде, но не испытывали ни малейшего сожаления по этому поводу. Наоборот, они вполне разделяли мнение арийских расовых немцев о том, что восточные народы от рождения конченые, подлежащие в лучшем случае переселению. В финских войсках действовали «роты доведения сведений», которые были точной копией немецких propagandakompanie. Финские работнички агитационного цеха выискивали среди наших военнопленных самых уродливых и ущербных, либо азиатов, и с нескрываемой откровенностью их фотографировали, делая смачные коллажи для поднятия градуса ненависти в финских войсках. Единственное, что только и отличало их от нацистов — это полное отсутствие лагерей смерти: финны по традиции всех военнопленных отправляли в концлагеря, где ПРОСТО не кормили, ведь у финнов так мало еды. В итоге от всех советских военнопленных погибла треть(!), а Маннергейм привычно, как в гражданскую, наблюдал за этим и ничего не делал, оставив потомкам то же оправдание, что и Геббельс: Советский Союз не присоединился к Женевской конвенции. А почему, спрашивается, он об этом вообще писал? А потому Маннергейм был шефом финского Красного Креста. Только в 1943 году, когда начнет просачиваться инфа о зверствах немцев, концлагеря переименуют в «лагеря для перемещенных лиц», а до того они в открытую назывались концлагерями.

Советский разведчик улыбается в камеру за секунду до расстрела. Восточная Карелия, ноябрь 1942 года

Финны стали укреплять свои позиции фортификационными сооружениями и занялись диверсионными действиями, из которых наиболее успешной [= героической по словам тогдашней пропаганды] была операция уничтожения советской базы снабжения в карельском посёлке Петровский Ям. В 2 часа ночи 12 февраля 1942 года было убито 72 солдата, 28 человека медперсонала, все раненые госпиталя, все заключённые стройки и мирные жители посёлка.

Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. На Тегеранской конференции Рузвельт спросил у Сталина, а не готов ли он принять финскую делегацию, если американцы им позвонят, и уже в марте 44-го в Москву приезжают знакомые все лица: Паасикиви и Энкель. Для начала Молотов терпеливо выпорол их за блокаду, мол, лучшего доказательства правоты советских территориальных претензий 1939 года нельзя и придумать: как мы и говорили, вы стали плацдармом для немцев. Финны ответили, что совки сами виноваты, попросили принять в расчет чувства патриотической общественности и потому вернуть границу к 1920 году, на что получили отказ и уехали домой подумать.

После Выборгской наступательной операции финны ВНЕЗАПНО обнаружили, что красноармейский рабоче-крестьянский пиздец вошел в родную хату, громко хлопнул дверью и снимает сапоги где-то в прихожей. Советско-финляндская ничему не научила финнов, которые все это время… опять строили линию Маннергейма. В 1944 году эта новая линия Маннергейма продержалась под ударами Красной Армии аж целых трое суток, и в этот раз уже разведку боем финны приняли за полномасштабное наступление. Впрочем, это наступление для РККА прогулкой не было: финны упорно сопротивлялись, отходя от одной оборонительной линии к другой, но конец был немного предсказуем. Кстати, в тылу у финнов оставалась еще одна линия обороны (линия Салпа), но, трезво взглянув на перспективы, финны содрогнулись и согласились на новые переговоры.

А немцы тем временем начали что-то подозревать, и 23 июня взяли с президента Рюти гарантийное письмо, что никакого сепаратного мира с СССР не будет. Рюти написал, что лично гарантирует это, а 4 августа вышел к парламенту и сказал: «Вы знаете, я тут одно письмо написал, а вам ничего не сказал, и теперь мне очень стыдно перед избирателями» — и ушел с поста президента. Парламент в тот же день избрал президентом Маннергейма, а немцы были элегантно посланы нахуй — Маннергейм им ничего не обещал, а Рюти теперь хуй простой. Маннергейм тут же связался с советским руководством через Коллонтай, и, по-фински поебав мозги формальностями и казуистикой в течение целых 4 встреч, 19 сентября финны соглашаются на все условия СССР. А условиями СССР были не оккупация Финляндии и даже не капитуляция, а границы 1940 года, Петсамо, нейтральный статус, контрибуция, снять запрет на компартию, выгнать немцев своими силами. Паасикиви спросил: «А Петсамо оставите?», на что Молотов ответил: «Нет, мы вам его два раза передавали, и вы за это два раза делали из нас врагов, так что поживите-ка вы без Петсамо».

Конечно, чисто технически РККА могла дожать финнов, но, во-первых, стратегически это был тупик, к победе над Германией никак не приближавший, а войска еще были нужны на других фронтах, а во-вторых, за этой войной внимательно наблюдали союзники и нейтральная Швеция, и расширение советского влияния еще и на Финляндию им было совсем не нужно. Поэтому дядя Джо удовлетворился вышеописанными условиями.

Немцам финны послали открытку «Извините, всего вам доброго и хорошего настроения», после чего началась Лапландская война, или, как пишут в современной финской прессе, «Сталин вновь заставил финнов воевать». На русский язык эта фраза переводится просто: «Русские все-таки выиграли у нас войну». После нее Финляндия стала такой, какой мы ее и знаем: нейтральным социал-демократическим государством типа Швеции. А вот Маннергейма, жахавшегося в десны с наци и виновного в истреблении русского населения, никто так и не осудил, потому что он и возглавил эту новую власть, согласную на все условия СССР.

Срачи об итогах

Несмотря на то, что обе войны закончились поражением Финляндии, территориальными и другими уступками — это не мешает финским поцреотам гордиться и поныне говорить, что коварный Советский Союз попытался нагнуть Суоми-красавицу, и только финский дух, истекая финской кровью, удержал финнов на последнем рубеже независимости… Ну ты понел. Они сорвали планы коварных совков и сохранили независимость, а значит, все-таки одержали стратегическую победу. Так же это главный постулат современной финской государственной идеологии: «война-продолжение» — это реванш за советско-финскую и третья война за независимость. Доставляет так же и разница в оценке потерь, что наглядно видно на сравнении версий статьи про эту войну в педивикии — русской, англоязычной и финской соответственно.

Среди либерастов и примкнувших к них свидомитов бытует мнение, что у Кобы изначально был невъебенно хитрый план «маленькой победоносной войны», по результатам которой можно было бы включить Финляндию в состав СССР в качестве Карело-Финской Советской Социалистической Республики, точно так же как из отжатой Бессарабии и территорий Молдавской автономной (в составе УССР) республики получилась Молдавская союзная республика, и забыть нахуй про любые проблемы с лыжниками. Для чего и переговоры о территориях изначально проводились с такими говёными для финской стороны условиями. Однако, поскольку с маленькой победоносной войнушкой не фартануло, Зимняя война в СССР всю его последующую историю и была незнаменитой: про неё, в отличие от Великой Отечественной, почти не писали в школьных учебниках, не отмечали дату завершения и вообще на воспоминания о ней было наложено негласное табу. Унылые завывания про зазря угробленное совковое мясо прилагаются.

Поцреоты же резонно указывают, что поглощение ВСЕЙ территории Финляндии всерьез обсуждалось только в ноябре 1940 года на переговорах Молотова и Гитлера, и закончилось ничем. Плюс, захоти Сталин реально лишить Финляндию независимости — он бы это сделал в любом случае, тем более что на потери РККА ему было фиолетово. Самих же либерастов поцреоты уличают в том, что на факт поражения и выхода из войны Финляндии они стараются внимания не обращать (в чем отличаются от финских поцреотов в худшую сторону), равно как и на все остальные профиты, полученные Союзом по итогам договоров. Свидомых, в свою очередь, обвиняют в банальной романтизации этой войны и попытке натянуть аналогию на свою собственную маленькую победоносную войнушку, наплевав при этом на все тонкости и различия.

Ну а истина скорее всего где-то посередине: учитывая, что держать агрессивное националистическое государство с реваншистскими замашками на своих границах крайне вредно для здоровья (Польша времен санации передает привет), Коба таки вполне мог хотеть зохавать вiльный Гондор превратить злых и негодных белофиннов в пролетарски правильных краснофиннов, а саму Финляндию — в теплое и ламповое социалистическое государство. Но здесь где-то по ходу пьесы становится предельно ясным один простой факт: на советизацию нужны люди и время, а финскому населению социализм зело не по душе, их общество негативно относится к СССР из-за войны, и достаточное количество электората (как в странах Восточной Европы) для поддержки местной компартии просто не наберется. В отличие от тех же нацистов с их расовой теорией, британцев с их бременем белых или американцев с их крылатой демократией, откровенно геноцидить и терроризировать население и заставлять финнов массово принимать социализм усатый тиран и его сатрапы явно были не готовы — именно поэтому подобное достаточно гуманное по меркам тех времен отношение современные свидомые финны и либерасты и воспринимают как слабость СССР и лично Кобы и силу незалежников соответственно. В противном случае им оставалось бы только ныть про очередные десятилетия «угнетения и оккупации» злыми совками, как это делают те же поляки, например.

Нехватка ресурсов, подавляющая часть из которых была брошена на подготовку к войне с Рейхом, а после войны — на формирование Восточного Блока, тоже была явно не последней причиной. Посему, убедившись, что финны будут нейтралами вне НАТО и ОВД, независимостью капиталистического соседа перестали интересоваться вовсе, а сама Финляндия из всех капиталистических стран стала едва ли не самой дружественной СССР. И даже сейчас Финляндия не является членом НАТО, что устраивает всех.

Вундервафли

Нет, это не то, о чём вы подумали
  • Гуманитарная помощь от Молотова — название зажигательных авиабомб, с помощью которых советская авиация несла свет, тепло и умиротворение в каждый финский дом. Произошло из-за неуклюжих попыток товарища Молотова, министра иностранных дел СССР, отмазаться перед мировой общественностью в лице Лиги Наций от имиджа злобного агрессора. В ту пору советские бомбардировщики самозабвенно утюжили крупные города. Горожанам это доставляло некоторый дискомфорт, и они настучали на злых узкоглазых иванов Лиге Наций. Когда Молотова попросили объяснить, что там такое сыпется на головы финнов, находчивый малый не растерялся и заявил, что это они так дружественный народ провизией снабжают. Финны юмор оценили и назвали в честь находчивого министра бутылку с зажигательной смесью, о которой ниже.
  • Коктейль Молотова (изобретён горячими финскими пехотинцами и вначале назван ими же «коктейлем для Молотова») — простое в изготовлении, но от этого не менее эффективное орудие убийства и разрушения. Результат комбинации пустой бутылки, горючего и фитиля делал скучные, холодные будни врага веселее и взрывоопасней. Тогда ещё весьма уязвимая бронетехника в считанные минуты превращалась в пылающие остовы, бункеры и прочие строения — в уютные духовки, а особо неудачливые солдатики — в жутко вопящие живые факелы. Надо сказать, что у обеих сторон в танкопарке преобладали «Виккерсы» и Т-26 — по сути, две малоотличимые херни, ибо «исходник» один и тот же. Горели они весьма весело, чему способствовали два момента: 1) двигатели были бензиновые; 2) про Т-26 советские танкисты, намекая на толщину брони, мрачно шутили, что танки фанерой обшиты. А вот насчёт водителей «Виккерсов» подобных сведений нет: финнов, сроду не кушавших ничего слаще репы, видимо, всё устраивало.
  • Броненосцы береговой обороны «Вяйнямёйнен» и «Ильмаринен» — два эпичных финских шушпанцера, оборонявшие побережье от советского десанта. Особенно меметичны обороной Турку, в ходе которой каким-то чудом — не иначе, происками дьявола — умудрились не превратиться в груду дымящегося железа, хотя город только в феврале 1940 года подвергался советским бомбардировкам 61 раз. Возможно, этому поспособствовал официальный няшный камуфляж вундервафелек под гигантские сугробы. Впрочем, в 1941 году, когда немцы проводили операцию по захвату Моонзундских островов, оба броненосца потопали отвлекать совков в рамках «показательной операции». ИЧСХ, «Ильмаринен» так наотвлекался, что напоролся на советскую мину и спустя 4 минуты завалился на боковую и ушёл на дно.
  • ХТ-26 — эпичнейший танк-огнемёт на базе вышеупомянутого Т-26, назывался лаконично — «Химический танк». Вундервафля сеяла страх и ужас вперемешку с горящей смесью из мазута и керосина на расстоянии до 120 метров. Применение столь сурового девайса позволяло превратить участок местности в филиал одного из кругов Ада, описанного Данте, с грешниками и возмездием.
Трофейный Т-28
  • Т-28 — трёхбашенный советский танчег. В самой большой башне была 76-мм короткостволка, в двух других — пулемёты. Всё это позволяло при умелом командовании успешно устраивать врагу АдЪ и Израиль. Танк легко ездил по глубокому снегу, оставляя колею глубиной до метра (некоторые наиболее смекалистые солдаты РККА при помощи сабжа и картонки с тросами становились зацеперами, если на танке уже кто-то сидел). В целом применение танка в войне было пусть не эпик, но всё же вином, хотя броня была не ахти и зачастую пробивалась даже из 37-миллиметровой пукалки «Бофорс» (на самом деле до появления Т-34, а также КВ, у всех советских танков бронирование было «не ахти», ибо сугубо противопульное). Финны тоже успели поюзать несколько Т-28 в качестве трофеев (один нынче даже стоит в Парола, аки памятник).
  • СМК («Сергей Миронович Киров») — одна из последних произведённых в СССР вундервафель многобашенной компоновки. Успел не столько повоевать, сколько, в сущности, неудачно пройти испытания (на третий день оных ВНЕЗАПНО наехал на фугас, спрятанный под туёвой хучей ящиков, косплеивших мирный финский сугроб)
    Послужил также базой для разработки «КВ-1» (первый образец «КВ-1» (тогда ещё просто «КВ», единицу добавили несколькими месяцами позже) был, по сути, всего лишь однобашенной версией «Мироныча», но уже с дизельным двигателем). Причины, сподвигнувшие на это танкостроителей, не совсем ясны. В качестве объяснения юзается, например, такая легенда: якобы товарищ Коба, устав смотреть на тщетные изъёбы конструкторов с Т-28, Т-35 и прочими многобашенными НЁХ, в сердцах заявил: «Сделайте всего одну башню, но толково. А в случае чего — места на фронте всем хватит» (по другой версии — «Лучше одна башня с хорошей пушкой, чем три с плохими»). Надо сказать, что внешнеполитическая обстановка, активно создаваемая Сталиным ещё с августа, да ещё и в сочетании со сталинским же знаменитым «У нас незаменимых нет», делала для конструкторов подобную перспективу вполне реальной. Впрочем, каковы бы ни были истинные причины «сноса башни», в результате КВ-1 безусловно поимел несколько принципиальнейших преимуществ перед своим предтечей: меньшие размеры и лучшее бронирование (и то, и другое — не в ущерб проходимости).
  • КВ-1 и КВ-2 — первые каноничные тяжёлые танки СССР прошли боевое крещение именно в этой войне. КВ-1 был вооружен 76-мм пушкой, тяжёл, непробиваем. Серьёзно, до 1942 года его могло ушатать только германское 88-мм зенитное орудие, применявшееся не совсем по назначению (а с 1942 года с ним ещё более успешно справлялись ровно те же 88-мм зенитки, но с небольшими изменениями, установленные на «Тиграх»). КВ-2 отличался невъебенных размеров башней[8] и 152-мм бревномётом. Всё это счастье должно было выносить вражеские укрепления (76-мм орудие уже не справлялось), что означенному совкопанцеру и удавалось, причём просто-таки блестяще. Впоследствии «Климы Ворошиловы» всласть повоевали в Великой Отечественной, где и была проёбана большая часть танков (по иронии судьбы последнее массовое применение сей бронетехники имело место быть опять же при прорыве «линии Маннергейма», только уже в 1944 году).
  • Сталинский оркестр — ниибической длины и вооружённости техника, якобы воевавшая в 1944 и тоже проламывавшая «линию Маннергейма». Известна также под именем «Бегемот», видимо, оттого, что к повороту эдакая конструкция IRL была бы способна ещё менее, нежели упомянутая живность. Тем не менее, мифота была подхвачена и в достаточной мере растиражирована: один танк разросся до целой роты в количестве девяти штук. Количество операций, в которых «Оркестры» будто бы участвовали, тоже не ограничилось одной Карельской. Тут и Висло-Одерская, и Балатонская, и даже… Корейская война (ну да, рисовые, к примеру, поля — самая подходящая местность для их применения). Прототип сего чудо-девайса — КВ-5 — действительно проектировался, но ни в едином экземпляре выпущен не был. К июлю 1941 года советским конструкторам как-то не до него стало. А в 1944 подобная техника — при наличии куда более совершенных ИСов — уже даром никому не была нужна.

Уголок пропаганды

Финны вас накормят


Рюмя-Эту — финский Вася Тёркин


См. также

Ссылки

Примечания

  1. На самом деле это шведский доброволец, но кого это ебёт?
  2. про написание
  3. Советско-финская война 1939—1940 гг. Хрестоматия / ред.-сост. А. Е. Тарас. Минск: «Харвест», 1999. стр.47, 280
  4. Antti Juutilainen. «Talvisodan ulkomaalaiset vapaaehtoiset». Ts Pj, 1999. стр.776
  5. Le-5, Le-6, Sk-10, SJ-4
  6. ЧСХ, свастикоподобный элемент используется в символике ВС Финляндии и поныне, несмотря на условия, поставленные в 1945 году.
  7. Не ёлочку: у сосны иголки держатся очень долго, а у ели они опадают сразу
  8. До такой степени невъебенных, что в наставлениях по использованию КВ-2 прямо запрещалась стрельба при значительном угле поворота башни (а иначе башню заклинивало, и очень крепко)


w:Советско-финская война (1939—1940) en.w:Winter War

Loading comments...